Вівторок
12.12.2017
11:05
Форма входу
Категорії розділу
Історія бойового шляху 87-ї сд (1-го формування) [11]
Розповідь про бойовий шлях 87-ї стрілецької дивізії з моменту формування до вересня 1941 року
Персоналії 87-ї сд [7]
Публікації про 87-му сд та її бійців в засобах масової інформації.
Бойові дії 87-ї стрілецької дивізії в спогадах ветеранів [41]
Спогади ветеранів 87-ї сд, зібрані сином командира 16-го сп 87-ї сд Борисом Петровичем Филимоновим та із фондів музеїв Луцька, Володимира-Волинського, Устилуга
Від курсанта до комбата. "Лейтенантська" проза Миколи Івановича Куцаєва. [8]
Розповідь про курсантські роки та перші місяці боїв 1941 року колишнього командира 6-ї стрілецької роти 283-го сп 87-їсд М.І.Куцаєва, надані його сином М.М.Куцаєвим, м.Ростов-на-Дону.
Пошук
Наше опитування
Чи готувався СРСР до нападу на Німеччину у 1941 р.

Всього відповідей: 366
Друзі сайту
Статистика

Онлайн всього: 1
Гостей: 1
Користувачів: 0

Бої місцевого значення

Каталог статей

Головна » Статті » 87-ма стрілецька. У боях і походах » Бойові дії 87-ї стрілецької дивізії в спогадах ветеранів

Солдатские будни

Стрелюк Федор Ильич

Рядовой

 

СОЛДАТСКИЕ БУДНИ

Стрелюк Ф.І.

Я был призван в Красную Армию майским набором 1940 года и попал в 16-й стрелковый полк 87-й стрелковой дивизии, которая дислоцировалась в городе Владимире-Волынском. Определили меня в 6-ю роту, которой командовал старший лейтенант П.Ужанов. Командиром отделения у меня был сержант Новиков, а помкомвзвода ст.сержант Ананкин.

Вскоре после прибытия в полк нового пополнения наш батальон был поднят по тревоге и совершил учебный марш-бросок. Дело было зимой. Шли по бездорожью, по глубокому снегу. Вместе с нами шагал и командир полка полковник Филимонов.

Когда после марш-броска мы возвратились в казармы, полковник Филимонов, обращаясь к нам, красноармейцам батальона, выразил свою неудовлетворенность результатами. И действительно, на марше было много отставших красноармейцев, не выдержавших заданного темпа продвижения.

«Ну, ничего, - сказал, улыбаясь, командир полка, - мы сделаем из вас настоящих бойцов. В 16-м стрелковом полку не должно быть отстающих, неумелых солдат».

В полку, его батальонах и ротах шла непрерывная боевая учеба. Часто нас поднимали по тревоге, обучали владеть стрелковым оружием, выполнять установленные нормативы. И это дало свои результаты.

Перед войной  наше отделение находилось на границе в Укрепленном районе и несло службу по охране ДОТов. Размещались мы в приграничной деревушке, у местных жителей по 2-3 человека в хате. В субботу 21 июня нас сменили и мы вернулись  в лагерь полка в районе Когильно.

Рано утром следующего дня полк был поднят по тревоге. Эту тревогу, мы солдаты, вначале восприняли, как учебную. Их много было за последнее время. Но вскоре по поведению командиров уловили что-то новое. Нам выдали патроны, гранаты. Вскоре мы в походной колонне выступили в направлении границы.

На марше нас обстрелял самолет с крестами на крыльях. К счастью обошлось без потерь. Вскоре вступили в бой. На подступах к городу оборонялись около двух суток. Затем вынуждены были отходить. Отходили с боями на промежуточных рубежах. Я к этому времени стал вторым номером пулеметного расчета системы Дегтярева. Первым номером у меня был мой односельчанин – Степан Иенюк. В одном из боев наша рота, в которой к тому времени оставалось около 30 активных бойцов, отбила атаку немцев и мы со Степаном получили приказ отходить. Но на нашу позицию опять начали наседать фрицы. Первый номер приказал мне отходить и прикрывал меня огнем с «Дегтярева». Отойдя метров на 50, я видел как в его окопе разорвалась граната и решил, что мой боевой товарищ погиб. Но бывают чудеса на свете! После войны он вернулся в наше село Стовпинку Олевского района и мы встретились. Оказывается, в том бою он был тяжело контужен и попал в плен.

Путь отхода нашего батальона проходил через Олевский район Житомирской области, невдалеке от моего родного села. Помню, что командир батальона предложил мне свою верховую лошадь, чтобы я заехал домой, повидать родителей.

Случилось так, что наша 6-я рота в ходе последующих боев оказалась отрезанной от основных сил полка. Связь с командованием была утрачена. Командир роты старший лейтенант Ужанов дал мне задание разыскать полк и доставить командиру полка боевое донесение. Выполнять задание пришлось одному. Задание было ответственное – это я понимал. От его выполнения зависела судьба моих боевых товарищей, среди которых были и раненные. Продвигаться приходилось с большой осторожностью и только в темное время суток. В какое село не заеду – повсюду немцы. Я понял, что на лошади, с оружием, в военной форме доставить донесение в полк невозможно.

В одном из сел договорился с местным колхозником, хата которого находилась на окраине. Оставил у него лошадь, винтовку, обмундирование, переоделся в гражданское и под видом местного жителя прошел через села, уже захваченные фашистами.

Удалось успешно в темное время перейти линию фронта и в селе Песковка разыскать командный пункт полка.

Полковник Филимонов был сильно удивлен, когда я ему представился и передал пакет с донесением, будучи одет в гражданское. Но когда прочитал донесение, обнял меня, расцеловал, приказал накормить и дать возможность отдохнуть. «Ночью, - сказал он, - пойдешь обратно. Отнесешь приказание командиру роты и поможешь вывести ему бойцов из окружения. Местность ты уже изучил, знаешь, как и где безопаснее пройти».

Сильно был удивлен тот колхозник, у которого я оставил своего коня и оружие, когда я через 3-е суток вернулся. Он считал меня погибшим. Но спасибо ему, мое оружие, обмундирование и коня сохранил.

… Вскоре я  докладывал старшему лейтенанту Ужанову о выполнении задания и мы стали готовиться в путь по тылам противника.

На этот раз задача была посложнее. Хотя рота была сильно поредевшей, но с нами был обоз, раненные.

Двигались по ночам, предварительно высылая разведку.

 Как-то в светлую лунную ночь мы пошли вдвоем в какое-то село. Движемся с большой осторожностью, дворами и огородами. Село спит. Но вот у плетня замечаем две фигуры. Присмотрелись – немцы. Безмятежно разговаривают. Невдалеке от них замечаем силуэт танка. Решение пришло мгновенно. Уничтожив этих патрульных, засыпав ствол танковой пушки песком и землей, дали сигнал своим. Быстро и беспрепятственно прошли мы через село и, когда на его окраине подожгли мост через речку, немцы всполошились. Взвились сигнальные ракеты. Трескотня автоматов. Заурчал танковый мотор, ударила пушка. Но этот выстрел был для нее последним. Мы проскочили село без потерь. Были по пути нашего движения еще стычки, но в конце-концов мы вышли к своим и присоединились к полку.

Полковник Филимонов обьявил мне благодарность и приказал оформить материал о представлении меня к ордену Красной Звезды. Справку о том, что я представлен к награде, мне выдали на руки.

Нашу роту вскоре отправили в район Окуниново на охрану моста через Днепр. И мне пришлось видеть, как этот мост, имевший большое, можно сказать стратегическое значение, был захвачен прорвавшимися крупными танковыми силами немцев. Я был в это время на правом берегу. Пришлось бросить своего коня и с большими трудностями (плавать я не умею) переправляться на левый берег.

Вскоре в боев, примерно 19 сентября 1941 года, на территории Остерского района Черниговской области я был контужен и потерял сознание. Когда очнулся, наших нет. Видимо ушли, посчитав меня убитым. Немного пожил у приютивших меня местных жителей, с их помощью переоделся в гражданское и стал пробираться в родное село в Олевский район, где жил отец. Немного окрепнув, ушел в партизаны. Воевал в партизанском отряде «За победу», которым командовал Маликов. Был разведчиком. Часто, будучи в партизанах, вспоминал свой полк, своих боевых товарищей, командира роты Ужанова, нашего командира полка полковника Филимонова. Его мы, бойцы полка, особенно любили и уважали. Это был смеый, опытный, справедливый командир.

После того как наш партизанский отряд был расформирован – это было весной 1944 года – я был направлен в г.Житомир, в запасной полк. Будучи в партизанах, я переболел сыпным тифом, по этой причине задержался в полку надолго.

Только в ноябре 1944 года в составе маршевой роты попал в 15-ю отдельную штурмовую бригаду, воевавшую на территории Чехословакии.

В одном из боев 15 февраля 1945 года был тяжело ранен в ногу крупным осколком снаряда. Ногу в госпитале мне ампутировали. Вернулся домой инвалидом.

В начале 70-х годов бывший военный комиссар Киевского укрепленного района Илларион Федорович Евдокимов, работая в архиве Министерства обороны в г.Подольске, обнаружил мой наградной лист, подписанный полковником Филимоновым.

По адресу моего отца, который был отмечен в наградном листе, Илларион Федорович разыскал меня и сообщил в Житомирский облвоенкомат о моем подвиге и о том, что я был представлен к ордену еще в 1941 году.

Так, весной 1974 года, через 33 года после того, как я был представлен к награде, мне был вручен орден Красной Звезды, который я в торжественных случаях с гордостью ношу на своей груди в числе других боевых наград.

На встрече ветеранов нашей дивизии, состоявшейся в июне 1981 года во Владимире-Волынском, я с горечью узнал, что наш командир полка полковник Филимонов, недошел до Победы. Он геройски погиб в бою в марте 1942 года, будучи уже командиром дивизии.

 

Октябрь 1982 года

Село Стовпинка Олевского района Житомирской области

Категорія: Бойові дії 87-ї стрілецької дивізії в спогадах ветеранів | Додав: voenkom (02.08.2014)
Переглядів: 198 | Рейтинг: 5.0/2
Всього коментарів: 0
Ім`я *:
Email *:
Код *: